Национальный статистический комитет опубликовал данные по зарплатам, из которых следует, что только в одной сфере экономики женщины получают в среднем больше, чем мужчины – в операциях с недвижимостью. Да и то эта разница составляет 0,5%.
Во всех остальных отраслях зарплата мужчин выше, во многих – довольно значительно. В частности, самая большая разница в сфере «информация и связь»: 5170 против 8292,7 рубля.
Комментируя эти данные «Салiдарнасцi», член Ассоциации Salidarnast, активистка независимых профсоюзов Мария Тарадецкая отметила:
– Беларусь остается одним из государств с самым высоким гендерным разрывом заработных плат – и в СНГ, и по сравнению со странами Евросоюза. По данным Белстата, средняя заработная плата женщин на 26,8% ниже, чем у мужчин.
Почему так происходит и означает ли это, что за одинаковую работу женщинам действительно платят меньше?
Многое определяется отраслью – в Беларуси очень четкое распределение по рабочим местам среди мужчин и женщин.
Женщины – это образование, здравоохранение, социальная сфера, культура. То есть самые низкооплачиваемые отрасли заполняются женщинами. А мужчины работают в основном в промышленности, строительстве, энергетике, IT, на добывающем производстве и на транспорте. Такая вот жесткая карьерная структура. И, конечно, правительство всегда будет стимулировать эти отрасли больше.
Плюс срабатывают так называемые «стеклянные потолки». То есть если мы берем управленческие высокооплачиваемые должности, то женщины до них доходят гораздо реже, чем мужчины.
К тому же многие женщины не будут иметь такого же рабочего стажа, как мужчины, потому что декрет в стаж не идет (это же не работа, по мнению государства) – привет году беларуской женщины!
Еще один важный момент – карьерные предпочтения самих женщин. Они обусловлены патриархальным принципом распределения обязанностей. Зачастую женщина не может выбирать работу, потому что на ней лежит куча семейных дел. И этот феномен двойной нагрузки будет сдерживать ее в профессии и в карьерных амбициях.
Женщины в Беларуси постоянно сталкиваются с этой дилеммой, которая вполне решаема на уровне правительства. Заплатите, например, бабушкам и дедушкам, которые будут присматривать за внуками – как это уже сделано в Швеции. Создайте нормальную социальную инфраструктуру, сделайте образовательные программы по распределению семейных обязанностей. И тогда не будет такой проблемы для женщин.
При этом власть создает «парадную витрину» по достижению Целей устойчивого развития.
Треть парламента – женщины, хотя на самом деле никаких решений они там не принимают, это просто набор людей, не обладающих полномочиями и ответственностью.
В стране высокий уровень женской занятости – 72-74% трудоспособных женщин работают. 41,5% работающих женщин имеют высшее образование, у мужчин эта цифра ниже – 29,9%; среднеспециальное образование имеют 69,2% работающих женщин против 48,9% у мужчин.
И вроде все чудесно выглядит. Но потом мы начинаем разбираться, почему фактически ситуация другая. Да, у нас больше женщин с образованием, но получают они все равно меньше, а их карьерные перспективы от образования не зависят.
Здесь речь идет не о прямой дискриминации, а, скорее, о структурных или косвенных механизмах: когда формально одинаковые правила приводят к систематически разным карьерным возможностям и уровню доходов мужчин и женщин.
Именно эти механизмы во многом формируют высокий нескорректированный гендерный разрыв в Беларуси. К сожалению, сегодня этот разрыв игнорируется, а системные меры поддержки женщин попросту не принимаются.
Парадоксально, но именно Беларусь, оставаясь одной из стран Европы с наиболее высоким нескорректированным гендерным разрывом в оплате труда, одной из первых в регионе начала публиковать еще один показатель – скорректированный гендерный разрыв в оплате труда. В 2025 году Белстат впервые представил такую оценку. Сейчас она более, чем в четыре раза ниже общего показателя – около 6% по сравнению с 26,8%.
Итак, куда делись 20,8%?
Разница между этими двумя цифрами принципиальна. Нескорректированный гендерный разрыв – это разница между средней заработной платой всех работающих мужчин и женщин. Он не учитывает профессию, отрасль, должность, уровень квалификации, стаж или режим занятости.
Скорректированный гендерный разрыв пытается исключить влияние этих факторов. При расчете сравниваются мужчины и женщины с сопоставимыми характеристиками: работающие в одной отрасли, на схожих должностях, с близким уровнем образования, стажем и другими параметрами. После такой корректировки разрыв сокращается до 6%. Именно поэтому общий разрыв в 26,8% не означает, что женщина, выполняющая ту же работу, автоматически получает на четверть меньше мужчины.
То есть формально открытой дискриминации нет, но есть скрытая.
Читайте еще
Избранное