Видеофакт. Буренки в жиже по самое вымя в Славгородском районе В ТикТоке завирусилось видео, снятое в хозяйстве «Наша Родина».

У БДМУ адмяняюць платнае навучанне на дактароў У гэтым годзе будучыя стаматолагі і тэрапеўты змогуць паступіць толькі на бюджэт.

Освобожденным 19 марта политзаключенным собрали более 76 тысяч евро Экстренный сбор BYSOL продолжается.

«Гэты крок амэрыканцаў — зьняцьце санкцый — удар нажом у сьпіну і Літве, і краінам Балтыі, і ўсяму Эўрапейскаму Саюзу» Ці прапусьціць Літва беларускі калій?

«Примитивная история, но она работает». Политолог — о сближении Минска и Вашингтона «Когда Трамп делает комплименты Лукашенко, не нужно удивляться».

Конвейер репрессий. Интернет-маркетолога осудили за политику. Сколько политзаключенных осталось в Беларуси после помилований Хроника политического преследования.

Дневник войны, глава 296. «А что это за обстрел в 9 утра? Не по графику!» Как живет Одесса в эти дни – испытано на себе.

Российское наступление в Украине резко замедлилось. Почему? Все труднее восполнять потери и не только.

«Сплошь – российские авторы. Беларуские книги есть, но их значительно меньше» Как проходит книжная ярмарка в Минске на фоне преследования «неправильных» издателей.

«Загляне сонца». Галоўныя міфы прапаганды пра Хатынь Як рэжым намагаецца маніпуляваць гісторыяй.

В лесу под Гомелем разбился беспилотник самолетного типа Это третий известный инцидент с дронами в регионе с начала месяца.

«Помилование» с особым цинизмом О чем говорят особые условия для экс-политзаключенных, оставленных в Беларуси.

Данильченко: «Мы загнали их в логистический тупик: оставишь самолеты поближе — сожгут дронами, спрячешь далеко — сносятся двигатели и не хватит заправщиков» О настоящей игре вдолгую.

Конвейер репрессий. Освобожденных политузников, оставшихся в Беларуси, серьезно ограничат в правах. В день, когда помиловали политзаключенного Доронина, его жене дали 8,5 лет колонии Хроника политического преследования 21 марта.

Ці можа Беларусь чакаць павелічэньня экспартных даходаў пасьля кроку ЗША? Які ўплыў акажа зьмякчэньне санкцый, калі цэны на калійныя ўгнаеньні растуць праз вайну на Блізкім Усходзе.

Шульман: «Когда Лукашенко обнаружил, что его IT-сектор восстал против него, он этих людей уничтожил» О цене, которую автократы платят за сохранение власти. И нюанс, который не учитывают.

Судаленко: «Такие предложения выглядят как намерение ужесточить контроль над мобильностью работников» На фоне кадрового дефицита обсуждаются меры, которые недавно казались маловероятными.

Латушко о возможном появлении Мельниковой в Минске: «Безусловно, Анжелика знала много чувствительной информации» Информация о возможном появлении Анжелики Мельниковой в Минске передана польским правоохранителям.

Как надо понимать Лукашенко И как не дать обвести себя вокруг пальца. Коротко – на конкретном примере.

Пастухов: «Путин постарается «прыгнуть» на Европу раньше, чем она успеет его «придушить» украинской подушкой» О легитимизации права воевать со всем миром.

«И даже из телевизора видно, что диалогом занимались в неудобной и унизительной для гаранта форме» «Большая сделка» теперь уже не такая большая, как раньше.

Трое высланных в Литву экс-политзаключенных переехали в Варшаву Они будут легализовываться в Польше.

Цыганкоў: «Амерыканцы трымаюць наперадзе перад носам Лукашэнкі вельмі прывабную морквачку» Ці будуць вызваленыя да канца года ўсе беларускія палітвязні?

Класковский: «Лукашенко, видимо, уже готовит чемодан для путешествия во Флориду» Удалось отпроситься у Путина?

Для чего пропаганда лепит из Лукашенко образ гурмана И почему эта попытка бессмысленна и беспощадна.

Война, 21 марта. Местные власти в Украине и России заявляют об атаках на мирных жителей, с обеих сторон есть убитые и раненые

«Не доплачиваем? А когда мы, по мнению властей, за что-то полностью платили?» Беларусы – о том, дорог ли проезд в общественном транспорте.

Фотофакт. Весенний «милицейский вайб» в Минске Старые месседжи новых социальных билбордов.

Карбалевич: «Лукашенко пришлось уступить, и это важный прецедент, который говорит, что на него можно давить» О переговорном процессе между США и Беларусью.

«Красоўкі мне прынёс палкоўнік». Валянцін Стэфановіч — пра пяць гадоў у ізаляцыі і вызваленне «Я зараз з тэлефонам ледзь спраўляюся».