Лойко: «Ну, окей, 32 года, а дальше что? Где рост благосостояния в сравнении с соседями?»

20 июля исполнилось 32 года с первой инаугурации Александра Лукашенко. Он возглавил нашу страну в 1994 году и с тех пор остается у власти.

— Я не очень понимаю этот ажиотаж: об этом написали все госорганы, пропагандисты. Ну а дальше что? Знаете, как KPI измеряется: можно придумать любую странную цифру и сказать: «Ну вот, мы ее достигли». А вы уверены, что это KPI здорового человека? — задает вопрос аналитик Ольга Лойко в эфире Еврорадио. —  Ну, окей, 32 года, а дальше что? Где рост благосостояния в сравнении с соседями, рост продолжительности жизни, рост числа беларусов (или хотя бы отсутствие снижения)?

Журналистку спросили, сколько может потребоваться времени, чтобы остроить Беларусь после правления Лукашенко.

— Бог с этими долгами. Деньги заработаются, напечатаются. Люди вернутся, родятся, уедут, приедут — это все дело наживное. Меня смущает, что мы еще не пришли близко к тому, чтобы взять на себя ответственность и признать, в конце концов, факт репрессий внутри страны и соагрессии в отношении Украины. Отсутствие этого осознания смущает больше всего.

Потому что вот это: «ну все, давайте уже как-нибудь по-другому, все хорошо будет». Не будет, пока вы пытаетесь схитрить и сделать вид, что ничего такого не происходит: «мы просто немножко зарабатываем на соседях» и «нам даже самим не очень это нравится».

Знаете, как приличный человек делает подлость и при этом страдает. Не наслаждается, а переживает. Нам не очень нравится зарабатывать на уничтожении Украины, мы уже согласны зарабатывать на ее восстановлении. И, честно говоря, нам все равно, на чем зарабатывать, мы просто вот такие скромные, почти приличные люди.

Мы привыкли, что есть тут «схемка» — это санкции в отношении России, и мы тут сейчас немного на этом подкалымим. Вот это нам портит карму. Если мы хотим стать нормальной страной, где будет безопасно рождаться, жить, получать образование и строить бизнес, нам все равно придется это пройти.

Иначе так и будем делать вид до бесконечности: «ну все, давайте, тут неприятно получилось, но давайте как-то быстренько сделаем приятно — не важно, с Лукашенко или без». Есть вещи, которые портят карму и плохо влияют на судьбы наций.

«Беларуские товары тоже пострадали. Важно, что люди это заметили»

Лойко также прокомментировала украинские удары по российским складам Wildberries: как это повлияет на бизнес и смогут ли этим воспользоваться магазины в Беларуси.

— Закончились НПЗ в России, сейчас фокус украинцев переместился на логистику и склады. Удивительно, но спящие красавицы в России и Беларуси это быстро заметили, даже быстрее, чем отсутствие топлива. Это игнорировать оказалось сложнее.

Все соцсети забиты криками: «Я разорен». Потери оцениваются от 50 до 100 миллиардов рублей. Это большие суммы, и там еще не совсем понятен общий объем. И понятно, что остальные склады тоже под угрозой, как и сама бизнес-модель. Бизнес, важный для российской экономики, для Кремля лично. Поэтому будет очень интересно.

Беларуские товары тоже пострадали. Важно, что люди это заметили. Требования сформированы, естественно, максимально общо. Мол, давайте это как-то прекратим, что же делать.

Пока что выбыло 7% складов, но это были важные логистические точки, через них доставлялись товары во многие другие склады. Поэтому ущерб пока сложно оценить — не совсем понятно, сколько товаров потеряно, сколько люди под это брали кредитов. Сейчас может пойти волна банкротств, банки тоже могут остаться в числе пострадавших.

Так что это удар не только по ритейлу, но и по банковскому сектору, страховым организациям. Самый большой риск — мы понимаем, что это наверняка не последний удар. Эта модель становится исключительно рисковой уже сейчас.

Гораздо сложнее будет найти работников в эти компании, а там работает множество людей. Большое количество работников там были мигрантами: возникает вопрос — им это надо и за какие деньги? Это мы еще не говорим о том, что таким образом кормилось достаточно много мелких бизнесов. Неплохо и не очень хлопотно. Так что это большой социальный удар.

Смогут ли этой ситуацией воспользоваться беларуские магазины? Этим сложно воспользоваться. Wildberries — модель, привычная многим: заказ онлайн, скидки, свой кабинет. Не думаю, что в один момент это будет легко заменить. Сколько людей занималось тем, что заказывали товар в Китае, а потом продавали на WB. Это не всегда покупки острой необходимости, а просто потому, что люди любят шопинг. Не думаю, что сейчас все побегут в магазин.

Это была удобная форма покупки. Если мы привыкли вечером полистать каталог и закинуть пару товаров в корзину WB, не факт, что поедем сейчас в ТЦ. Кто-то, может, и попытается этим воспользоваться, но как он повезет свой товар? Это такие же логистические центры. Это такие же заказы в Китае. Кто не торговал на WB, возможно, его товар сейчас горит в Домодедово. Это в любом случае целая система, и ее будет сложно заменить.